“  Хлебным переулком
крался я, как вор,
поцелуем гулким
будоражил двор,
словом, всё, как с Вами,
не наоборот,
и пили, и блевали –
два пальца в рот.

И свои все лЕта,
что б с нею не стряслось,
обитала Виолетта
под боком у посольств,
зимой от соли пегие
на входе львы,
там посольство Бельгии,
а тут – Литвы.

А сразу за литовским –
Марины дом,
шагом ли неловким
обойду с трудом,
память, как ни тискай,
повязала,
а на Большой Никитской
всё полнее зала…

Никитская – большая,
и Бог бы с ней,
по девкам глазом шаря,
не пойду по ней,
с видом неунылым,
как калашный ряд,
пошмонаю рылом
Большой Арбат…
”